Мученик Трифон Апамейский

01КРАТКОЕ ЖИТИЕ МУЧЕНИКА ТРИФОНА АПАМЕЙСКОГО

Свя­той му­че­ник Три­фон ро­дил­ся в од­ной из об­ла­стей Ма­лой Азии – Фри­гии, непо­да­ле­ку от го­ро­да Апа­меи в се­ле­нии Камп­са­да.

С юных лет Гос­подь да­ро­вал ему си­лу из­гна­ния бе­сов и ис­це­ле­ния раз­лич­ных бо­лез­ней. Од­на­жды жи­те­ли его род­но­го се­ла бы­ли спа­се­ны им от го­ло­да: свя­той Три­фон си­лой сво­ей мо­лит­вы за­ста­вил уй­ти вред­ных на­се­ко­мых, ис­треб­ляв­ших хлеб­ные зла­ки и опу­сто­шав­ших по­ля. Осо­бен­но про­сла­вил­ся свя­той Три­фон из­гна­ни­ем бе­са из до­че­ри рим­ско­го им­пе­ра­то­ра Гор­ди­а­на (238– 244).

По­мо­гая всем страж­ду­щим, он тре­бо­вал толь­ко од­ной пла­ты – ве­ры в Иису­са Хри­ста, бла­го­да­тью Ко­то­ро­го он ис­це­лял их.

Ко­гда на цар­ский пре­стол всту­пил им­пе­ра­тор Де­кий (249–251), же­сто­кий го­ни­тель хри­сти­ан, эпар­ху Аки­ли­ну бы­ло до­не­се­но, что свя­той Три­фон сме­ло про­по­ве­ду­ет ве­ру во Хри­ста и мно­гих при­во­дит ко Кре­ще­нию. Свя­той был схва­чен и при­ве­ден на до­прос, во вре­мя ко­то­ро­го он без­бо­яз­нен­но ис­по­ве­дал свою ве­ру. Его под­верг­ли же­сто­ким ис­тя­за­ни­ям, би­ли пал­ка­ми, тер­за­ли те­ло же­лез­ны­ми крю­чья­ми, об­жи­га­ли ра­ны ог­нем, во­ди­ли по го­ро­ду, вбив в но­ги же­лез­ные гвоз­ди. Все пыт­ки свя­той Три­фон му­же­ствен­но пре­тер­пе­вал, не из­да­вая ни еди­но­го сто­на.

На­ко­нец, он был осуж­ден на усе­че­ние ме­чом. Пе­ред каз­нью свя­той му­че­ник мо­лил­ся, бла­го­да­ря Бо­га, под­кре­пив­ше­го его в стра­да­ни­ях, и ис­про­сил у Гос­по­да осо­бую бла­го­дать тем, кто бу­дет при­зы­вать его имя на по­мощь. Преж­де, чем во­и­ны за­нес­ли меч над го­ло­вой свя­то­го му­че­ни­ка, он пре­дал ду­шу свою в ру­ки Бо­жии. Это со­бы­тие про­изо­шло в го­ро­де Ни­кее в 250 го­ду.

Свя­тое те­ло му­че­ни­ка хри­сти­ане об­ви­ли чи­сты­ми пе­ле­на­ми и хо­те­ли пре­дать по­гре­бе­нию в го­ро­де Ни­кее, в ко­то­рой он по­стра­дал, но свя­той Три­фон в ви­де­нии по­ве­лел пе­ре­не­сти его те­ло на свою ро­ди­ну в се­ле­ние Камп­са­ду. Это и бы­ло ис­пол­не­но.

Впо­след­ствии мо­щи свя­то­го Три­фо­на бы­ли пе­ре­не­се­ны в Кон­стан­ти­но­поль, а за­тем в Рим. Боль­шим по­чи­та­ни­ем поль­зу­ет­ся свя­той му­че­ник в Рус­ской Пра­во­слав­ной Церк­ви.

Су­ще­ству­ет пре­да­ние, что при ца­ре Иоанне Гроз­ном во вре­мя цар­ской охо­ты уле­тел лю­би­мый ца­рем кре­чет. Царь при­ка­зал со­коль­ни­ку Три­фо­ну Пат­ри­ке­е­ву най­ти уле­тев­шую пти­цу. Со­коль­ник Три­фон объ­е­хал окрест­ные ле­са, но без­успеш­но. На тре­тий день, утом­лен­ный дол­ги­ми по­ис­ка­ми, он оста­но­вил­ся под Моск­вой, в ме­сте, ныне на­зы­ва­е­мом Ма­рьи­на ро­ща, и в из­не­мо­же­нии при­лег от­дох­нуть, усерд­но по­мо­лив­шись пе­ред этим сво­е­му свя­то­му по­кро­ви­те­лю – му­че­ни­ку Три­фо­ну, про­ся его о по­мо­щи. Во сне он уви­дел юно­шу на бе­лом коне, дер­жа­ще­го цар­ско­го кре­че­та, и этот юно­ша про­из­нес: «Возь­ми про­пав­шую пти­цу, по­ез­жай с Бо­гом к ца­рю и ни о чем не пе­чаль­ся». Проснув­шись, со­коль­ник дей­стви­тель­но уви­дел непо­да­ле­ку на сосне кре­че­та. Он тут же от­вез его к ца­рю и рас­ска­зал о чу­дес­ной по­мо­щи, по­лу­чен­ной им от свя­то­го му­че­ни­ка Три­фо­на. Через неко­то­рое вре­мя на том ме­сте, где бы­ло яв­ле­ние свя­то­го, со­коль­ник Три­фон Пат­ри­ке­ев по­стро­ил ча­сов­ню, а за­тем и цер­ковь во имя свя­то­го му­че­ни­ка Три­фо­на.

Му­че­ни­ку Три­фо­ну осо­бо мо­лят­ся об ис­це­ле­нии от те­лес­ных неду­гов, в бо­лез­нен­ном со­сто­я­нии, в слу­ча­ях пор­чи пло­дов, во вре­мя го­ло­да.

ПОЛНОЕ ЖИТИЕ МУЧЕНИКА ТРИФОНА АПАМЕЙСКОГО

Свя­той Три­фон ро­дил­ся в стране Фри­гий­ской, в се­ле­нии Камп­сад, близ го­ро­да Апа­меи[1]. Еще с юных лет по­чи­ла на нем бла­го­дать Бо­жия, и Гос­подь да­ро­вал ему си­лу чу­до­тво­ре­ния[2], дабы не толь­ко из уст се­го мла­ден­ца, но и из чу­дес­ных его дел со­вер­шить Се­бе хва­лу. В Ве­ли­ких Ми­не­ях Че­тьих[3] мно­го по­вест­ву­ет­ся об ис­це­ле­ни­ях от вся­ких бо­лез­ней, со­вер­шен­ных свя­тым от­ро­ком Три­фо­ном, и об из­гна­нии им бе­сов из лю­дей, об­ра­щав­ших­ся к нему. Мы же сна­ча­ла рас­ска­жем об од­ном из мно­гих его чу­дес, сви­де­тель­ству­ю­щих о ве­ли­кой бла­го­да­ти Бо­жи­ей, по­чи­вав­шей на нем, а за­тем бу­дем по­вест­во­вать об его стра­да­нии за ве­ру Хри­сто­ву.

В две­сти трид­цать вось­мом го­ду на пре­стол Рим­ский всту­пил им­пе­ра­тор Гор­диан[4], ко­то­рой, хо­тя и был идо­ло­по­клон­ник, но хри­сти­ан не пре­сле­до­вал. Этот царь имел взрос­лую дочь, по име­ни Гор­диа­ну, – де­ви­цу, от­ли­чав­шу­ю­ся умом и кра­со­тою, так что мно­гие ве­ли­кие и слав­ные кня­зья же­ла­ли взять ее в же­ны сво­им сы­но­вьям. Но эту де­ви­цу, а с нею вме­сте и все ее се­мей­ство, по­стиг­ло ве­ли­кое несча­стье: по Бо­жию по­пуще­нию в нее во­шел диа­вол, ко­то­рой же­сто­ко му­чил ее, ввер­гая ее в огонь и в во­ду; при­во­ди­мые к боль­ной де­ви­це, из­вест­ные сво­ею муд­ро­стью вра­чи не мог­ли по­мочь ей. Но вот оби­тав­ший в де­ви­це нечи­стый дух сам, по по­ве­ле­нию Бо­жию, про­ве­щал:

– Ни­кто не мо­жет из­гнать ме­ня от­сю­да, кро­ме от­ро­ка Три­фо­на.

Царь тот­час по­слал ис­кать по­всю­ду Три­фо­на. Мно­го бы­ло при­во­ди­мо к ца­рю лю­дей, но­сив­ших то же имя, но ни один из них не мог из­гнать бе­са из цар­ской до­че­ри. На­ко­нец, при­ве­ли к ца­рю свя­то­го от­ро­ка Три­фо­на, ко­то­ро­го на­шли во Фри­гии, в се­ле­нии Камп­са­де, где он пас гу­сей при од­ном озе­ре; – от­ро­ку бы­ло то­гда сем­на­дцать лет. Ко­гда свя­той при­бли­жал­ся к Ри­му, диа­вол, узнав об его при­хо­де и на­чав еще силь­нее му­чить де­ви­цу, гром­ко за­кри­чал:

– Не мо­гу боль­ше здесь жить, по­то­му что при­бли­жа­ет­ся Три­фон и на тре­тий день при­дет сю­да, не мо­гу бо­лее тер­петь.

Про­кри­чав так, нечи­стый дух вы­шел из де­ви­цы.

На тре­тий день в го­род при­шел свя­той Три­фон и тот­час был при­ве­ден в цар­ские па­ла­ты, где был весь­ма при­вет­ли­во при­нят ца­рем, ибо царь узнал в нем то­го Три­фо­на, о ко­то­ром упо­ми­нал диа­вол, вы­хо­дя из де­ви­цы. Но чтобы боль­ше убе­дить­ся в том, что имен­но Три­фон ис­це­лил его дочь, царь умо­лил его по­ка­зать диа­во­ла во­очию так, чтобы мож­но бы­ло ви­деть его те­лес­ны­ми оча­ми. Свя­той со­гла­сил­ся на прось­бу ца­ря и шесть дней пре­бы­вал в по­сте и мо­лит­ве, и по­сле то­го по­лу­чил свы­ше еще боль­шую и силь­ней­шую власть над ду­ха­ми нечи­сты­ми. На седь­мой день при вос­хо­де солн­ца царь при­шел к бла­жен­но­му со всем сво­им син­кли­том, же­лая ви­деть диа­во­ла. То­гда Три­фон, ис­пол­нен­ный Свя­то­го Ду­ха и ду­хов­ны­ми оча­ми взи­рая на неви­ди­мо­го ду­ха зло­бы, ска­зал ему:

– Те­бе го­во­рю, дух нечи­стый, во имя Гос­по­да мо­е­го Иису­са Хри­ста, явись во­очию пе­ред на­хо­дя­щи­ми­ся здесь и по­ка­жи им свой мерз­кий и бес­стыд­ный об­раз, и яви немощь свою.

И тот­час диа­вол пред­стал пред все­ми в ви­де чер­но­го пса, ко­то­рой имел ог­нен­ные гла­за, а го­ло­ву вла­чил по зем­ле.

Свя­той об­ра­тил­ся к нему с во­про­сом:

– Кто по­слал те­бя, де­мон, сю­да, чтобы вой­ти в от­ро­ко­ви­цу, и как ты дерз­нул вой­ти в со­здан­ную по об­ра­зу Бо­жию, сам бу­дучи столь без­об­ра­зен и немо­щен, и ис­пол­нен вся­кой мер­зо­сти?

Диа­вол от­ве­чал:

– Я по­слан от­цом мо­им – са­та­ною, на­чаль­ни­ком вся­ко­го зла, пре­бы­ва­ю­щим в аде, от ко­то­ро­го я по­лу­чил по­ве­ле­ние му­чить эту от­ро­ко­ви­цу.

То­гда свя­той спро­сил его опять:

– Кто же дал вам власть по­ся­гать на со­зда­ние Бо­жие?

Де­мон, хо­тя и про­тив сво­е­го же­ла­ние, но при­нуж­ден­ный неви­ди­мою си­лою Бо­жи­ей, дол­жен был ска­зать ис­ти­ну.

– Мы не име­ем вла­сти над те­ми, – ска­зал он, – ко­то­рые зна­ют Бо­га и ве­ру­ют в Еди­но­род­но­го Его Сы­на – Хри­ста, за Ко­то­ро­го Петр и Па­вел умер­ли здесь, – от этих лю­дей мы со стра­хом бе­жим, и, толь­ко ко­гда нам бы­ва­ет по­пуще­но, мы при­чи­ня­ем им совне лёг­кие ис­ку­ше­ния. Ко­то­рые же не ве­ру­ют в Бо­га и Сы­на Бо­жия и, бу­дучи по­слуш­ны сво­им по­хо­тям, тво­рят угод­ные нам де­ла, над те­ми мы по­лу­ча­ем пол­ную власть, чтобы му­чить их. Угод­ны же нам де­ла та­кие: идо­ло­по­кло­не­ние, ху­ла, пре­лю­бо­де­я­ние, ча­ро­дей­ство, за­висть, убий­ство, гор­дость; эти­ми и им по­доб­ны­ми де­ла­ми лю­ди, как бы се­тя­ми, опу­ты­ва­ют­ся, от­чуж­да­ют­ся от Бо­га, Сво­е­го Со­зда­те­ля, и са­мо­воль­но де­ла­ют­ся дру­зья­ми нам, и вме­сте с на­ми при­ни­ма­ют веч­ные му­ки.

Услы­хав это, царь и окру­жа­ю­щие его бы­ли по­ра­же­ны ве­ли­ким стра­хом и при­шли в ужас; и мно­гие, оста­вив нече­стие, уве­ро­ва­ли во Хри­ста; а ве­ру­ю­щие по­лу­чи­ли еще боль­шее утвер­жде­ние в сво­ей ве­ре и про­сла­ви­ли Бо­га.

Царь, щед­ро ода­рив свя­то­го, от­пу­стил его с ми­ром до­мой, но свя­той всё, что по­лу­чил от ца­ря, роз­дал до­ро­гою ни­щим; сам же, воз­вра­тив­шись в оте­че­ство, пре­дал­ся обыч­ным сво­им за­ня­ти­ем, ис­це­ляя недуж­ных и бла­го­уго­ждая Бо­гу свя­тым и непо­роч­ным жи­ти­ем.

По­сле Гор­ди­а­на рим­ский пре­стол за­нял Филипп[5], ко­то­рый цар­ство­вал недол­го, бу­дучи убит сво­и­ми во­и­на­ми; а по­сле него во­ца­рил­ся сви­ре­пый Де­кий[6], воз­двиг­ший же­сто­кое го­не­ние на хри­сти­ан; во вре­мя это­го го­не­ния бы­ло уби­то бес­чис­лен­ное мно­же­ство хри­сти­ан, при­чем мно­гие из бо­яз­ли­вых, стра­шась ужас­ных мук, от­вра­ти­лись от Хри­ста и скло­ни­лись к идо­ло­по­клон­ству. Царь этот из­дал при­каз сво­им эпар­хам и иге­мо­нам всю­ду пре­сле­до­вать хри­сти­ан и уби­вать их бес­по­щад­но. На Во­сто­ке в это вре­мя эпар­хом был некто Аки­лин; ему бы­ло до­не­се­но, что Три­фон ис­по­ве­ду­ет Хри­сто­ву ве­ру и, про­хо­дя раз­лич­ные стра­ны, вра­чу­ет бо­ля­щих, как весь­ма све­ду­щий врач, и в то же вре­мя учит всех ве­ро­вать во Хри­ста и сим пре­льща­ет мно­гих; по­ве­ле­ния же цар­ско­го Три­фон не слу­ша­ет, на­сме­ха­ясь над все­ми бо­га­ми. Тот­час бы­ли по­сла­ны во­и­ны разыс­кать Три­фо­на, ко­то­ро­го вско­ре и на­шли: ибо не мог укрыть­ся све­тиль­ник, го­ря­щий рев­но­стью по Бо­ге и све­тя­щий ве­рою и бла­ги­ми де­ла­ми. Но и сам свя­той, узнав, что его ищут, не бе­жал в пу­сты­ню и не скры­вал­ся в го­рах и про­па­стях зем­ных, но, во­ору­жив­шись мо­лит­вою и крест­ным зна­ме­ни­ем, сме­ло вы­шел к ищу­щим его и, от­дав­шись им в ру­ки, с ра­до­стию по­шел к эпар­ху Аки­ли­ну, ко­то­рой в то вре­мя на­хо­дил­ся в Ни­кее[7]. Ко­гда Аки­лин, окру­жен­ный ору­же­нос­ца­ми, на­чаль­ни­ка­ми, слу­га­ми и мно­же­ством лю­дей, вос­сел на су­де, Пом­пи­ни­ан, скри­ни­а­рий[8] боль­шо­го чи­на, ска­зал ему:

– Вот юно­ша из го­ро­да Апа­меи, при­слан­ной к тво­е­му ве­ли­че­ству, пред­сто­ит пред свет­лым су­дом тво­ей вла­сти.

Аки­лин ска­зал:

– Пред­сто­я­щий пусть ска­жет нам свое имя и оте­че­ство, и фор­ту­ну[9].

Свя­той от­ве­чал:

– Имя мое – Три­фон, оте­че­ство мое – се­ле­ние Камп­са­да, близ го­ро­да Апа­мей­ска, фор­ту­ны же мы не при­зна­ем, ибо ве­ру­ем, что всё со­вер­ша­ет­ся по Бо­жию про­мыс­лу и неиз­ре­чен­ною Его муд­ро­стью, а не фор­ту­ною, и не за­ви­сит ни от те­че­ние звез­ды, ни от слу­чая, как ве­ру­е­те вы. В жиз­ни я ру­ко­во­жусь сво­бод­ною сво­ею во­лею, слу­жа еди­но­му толь­ко Хри­сту. Хри­стос – ве­ра моя, Хри­стос – по­хва­ла моя и ве­нец сла­вы мо­ей.

Эпарх на это ска­зал свя­то­му:

– Ве­ро­ят­но, ты до ны­неш­не­го дня во­все не слы­хал о цар­ском по­ве­ле­нии, по ко­то­ро­му вся­кий, кто на­зы­ва­ет се­бя хри­сти­а­ни­ном и не по­кло­ня­ет­ся бо­гам, дол­жен уме­реть злою смер­тью; итак, об­ра­зумь­ся и оставь свою льсти­вую ве­ру, чтобы не быть ввер­жен­ным в огонь.

Но Три­фон вос­клик­нул:

– О, ес­ли бы мне спо­до­бить­ся чрез огонь и все му­ки по­лу­чить кон­чи­ну за имя Иису­са Хри­ста, Гос­по­да мо­е­го и Бо­га!

Эпарх про­дол­жал:

– Три­фон, со­ве­тую те­бе при­не­сти жерт­ву бо­гам, ибо ви­жу, что ты, хо­тя и мо­лод те­лом, но име­ешь со­вер­шен­ный ра­зум, и я не же­лаю, чтобы ты умер злою смер­тью!

– Я то­гда бу­ду иметь со­вер­шен­ный ра­зум, – от­ве­чал свя­той, – ко­гда при­не­су Бо­гу мо­е­му со­вер­шен­ное ис­по­ве­да­ние и ес­ли со­хра­ню неиз­мен­ною, как мно­го­цен­ное со­кро­ви­ще, бла­го­че­сти­вую ве­ру в Него, и сде­ла­юсь жерт­вою То­му, Кто Сам при­нес Се­бя в жерт­ву ра­ди ме­ня.

То­гда эпарх, угро­жая свя­то­му, с гне­вом вскри­чал:

– Ог­ню пре­дам твое те­ло, ду­шу же твою укро­щу са­мы­ми лю­ты­ми каз­ня­ми.

– Ты угро­жа­ешь мне ог­нем уга­са­ю­щим, – от­ве­чал Три­фон, – по­сле ко­то­ро­го оста­ёт­ся толь­ко пе­пел, я же вам, неве­ру­ю­щим, угро­жаю ог­нём веч­ным, неуга­са­ю­щим; оставь су­ет­ную ве­ру твою и по­знай ис­тин­но­го Бо­га, чтобы не рас­ка­ять­ся те­бе по­сле, ко­гда впа­дешь в огонь веч­ный.

Но Аки­лин, вос­пла­ме­нив­шись силь­ней­шим гне­вом, по­ве­лел бить свя­то­го, по­ве­сив его на де­ре­ве. Услы­хав это при­ка­за­ние, Три­фон сам тот­час снял с се­бя одеж­ды и с ра­до­стью от­дал те­ло свое па­ла­чам на ис­тя­за­ние. Па­ла­чи, по­ве­сив его на де­ре­ве, со свя­зан­ны­ми сза­ди ру­ка­ми, же­сто­ко ис­тя­за­ли его в те­че­ние трех ча­сов. Но свя­той му­же­ствен­но тер­пел му­че­ние, ни од­но­го кри­ка, ни од­но­го сто­на не из­дав за всё вре­мя, по­ка его би­ли. Ко­гда кон­чи­ли ис­тя­зать его, Аки­лин сно­ва об­ра­тил­ся к нему с уве­ща­ни­ем:

– Оду­май­ся, Три­фон, оставь свое безу­мие, обе­щай по­кло­нить­ся бо­гам, ибо ни­кто из не же­ла­ю­щих по­ви­но­вать­ся цар­ско­му по­ве­ле­нию не мо­жет из­бе­жать ужас­ной смер­ти.

Свя­той дерз­но­вен­но от­ве­чал:

– И я те­бе го­во­рю, что ни­кто, от­вер­га­ю­щий­ся небес­но­го Ца­ря Хри­ста, не мо­жет на­сле­до­вать жизнь веч­ную, но бу­дет по­слан в огонь веч­ный, ни­ко­гда не уга­са­ю­щий.

Эпарх на это ска­зал:

– Нет дру­го­го ца­ря небес­но­го, кро­ме Зев­са, сы­на Са­тур­но­ва[10], он есть отец и бо­гов, и лю­дей, и ес­ли кто ему не кла­ня­ет­ся, тот не мо­жет оста­вать­ся в жи­вых; по­кло­нись и ты ему, ес­ли хо­чешь на­сла­ждать­ся сла­до­стью сей жиз­ни.

То­гда свя­той, же­лая про­све­тить языч­ни­ка све­том ис­ти­ны и изоб­ли­чить всю мер­зость язы­че­ства, ска­зал Аки­ли­ну:

– Пусть бу­дут по­доб­ны тво­е­му бо­гу Зев­су все по­кло­ня­ю­щи­е­ся ему и на­де­ю­щи­е­ся на него; а о нем по­вест­ву­ет­ся, что он был пер­вым пре­без­за­кон­ным волх­вом и па­губ­ным ча­ро­де­ем, от­цом вся­ко­го нече­стие и без­бо­жия, по смер­ти ко­то­ро­го лю­ди, же­лав­шие сле­до­вать его злым де­лам, устро­и­ли ему зо­ло­тых и се­реб­ря­ных идо­лов, на­звав его бо­гом; и сде­ла­ли это за­тем, чтобы иметь оправ­да­ние и для се­бя са­мих в сво­ей нечи­сто­те и без­за­ко­нии, дабы ни­кто не уко­рял их в по­стыд­ных де­лах, по­то­му что и бог их был та­ков же; по­доб­ным об­ра­зом и дру­гие мерз­кие и все­злоб­ные лю­ди бы­ли воз­ве­де­ны на сте­пень бо­гов сво­и­ми под­ра­жа­те­ля­ми[11]; вы же, ве­руя в эти древ­ние нече­сти­вые пре­да­ния и лож­ные бас­ни, по­клоня­е­тесь без­душ­ным и немым идо­лам, за­бы­вая о Бо­ге Жи­вом, Ко­то­рый небо утвер­дил, зем­лю ос­но­вал на во­дах, и из­лил воз­дух; Бог, со­здав­ший каж­дую тварь и дав­ший ей ви­ди­мый об­раз, гос­по­ди­ном над всем по­ста­вил че­ло­ве­ка, со­здан­но­го по­сле; но че­ло­век, по за­ви­сти диа­воль­ской пре­льщен­ный лу­ка­вым зми­ем (Быт.3), впал в бес­чис­лен­ные бед­ствия; то­гда Бог Сло­во, уми­ло­сер­див­шись над ним, по Сво­е­му из­во­ле­нию, Сам бла­го­во­лил во­пло­тить­ся и явил­ся в по­до­бии че­ло­ве­че­ском, умер на кре­сте, был по­гре­бен, в тре­тий день вос­крес, вос­шел на небе­са и си­дит одес­ную Бо­га От­ца, по­ка не по­зна­ет Его всё со­зда­ние; то­гда Он опять при­дет с си­лою и сла­вою ве­ли­кою и воз­даст каж­до­му по де­лам его. Он есть Бог бо­гов и Царь ца­рей, и Су­дия жи­вых и мерт­вых; а по­чи­та­е­мые ва­ми бо­ги по­слу­жат на воз­жже­ние ог­ня веч­но­го со все­ми по­кло­ня­ю­щи­ми­ся им.

По­сле это­го эпарх Ак­ви­лин, со­брав­шись на охо­ту, ве­лел за­хва­тить и свя­то­го Три­фо­на, при­ка­зав при­вя­зать его к ко­ню и ве­сти за со­бою. Боль­шие му­че­ния при­шлось вы­но­сить свя­то­му: паль­цы ног его от­ры­ва­лись, по­то­му что при ужас­ном мо­ро­зе но­ги его бы­ли бо­сы, а конь на­сту­пал и да­вил их сво­и­ми но­га­ми, – и ступ­ни его рас­трес­ка­лись, но му­че­ник, впе­рив ду­хов­ный взор к Бо­гу и, пла­ме­нея лю­бо­вью к Нему, ни во что ста­вил эти му­че­ние и пел сло­ва Да­ви­да: «Утвер­ди ша­ги мои на пу­тях Тво­их, да не ко­леб­лют­ся сто­пы мои» (Пс.16:5), и дру­гие: «Утвер­ди сто­пы мои в сло­ве Тво­ем и не дай овла­деть мною ни­ка­ко­му без­за­ко­нию» (Пс.118:133).

По­вто­ряя вме­сте с тем и сло­ва свя­то­го пер­во­му­че­ни­ка ар­хи­ди­а­ко­на Сте­фа­на:

«Гос­по­ди, не вме­ни им гре­ха се­го»[12] (Деян.7:60).

Воз­вра­тив­шись по­сле охо­ты, эпарх при­звал к се­бе му­че­ни­ка и ска­зал ему:

– Те­перь, несчаст­ный, не на­ду­мал ли ты бла­го­ра­зум­но при­не­сти жерт­вы бо­гам или оста­ешь­ся в сво­ем преж­нем безу­мии?

Свя­той от­ве­чал:

– Ты сам, ослеп­лен­ный диа­во­лом, пре­ис­пол­нен безу­мия и неве­же­ства, по­то­му что не мо­жешь по­знать Со­зда­те­ля всех и по­кло­нить­ся Ему; а я оста­юсь пре­муд­рым, не от­сту­пая от спа­са­ю­щей ме­ня ис­ти­ны.

Эпарх ве­лел от­ве­сти свя­то­го в тем­ни­цу; а сам от­пра­вил­ся в бли­жай­шие пре­де­лы стра­ны, где и оста­вал­ся неко­то­рое вре­мя.

По при­бы­тии об­рат­но в Ни­кею эпарх, явив­шись в су­ди­ли­ще, сно­ва вы­звал Три­фо­на и ска­зал ему:

– Не на­учи­ло ли те­бя про­дол­жи­тель­ное пре­бы­ва­ние в узах по­ви­но­вать­ся цар­ско­му по­ве­ле­нию и об­ра­тить­ся к бо­гам?

– Бог мой и Гос­подь Иисус Хри­стос, – от­ве­чал свя­той, – Ко­то­ро­му я слу­жу чи­стым умом, по­учая, на­ста­вил ме­ня и утвер­дил ме­ня, дабы я мог неиз­мен­но и непо­ко­ле­би­мо со­хра­нить ве­ру в Него: по­се­му Ему, Еди­но­му ис­тин­но­му Ца­рю и Бо­гу, я по­ви­ну­юсь и к Нему при­бе­гаю, твою же и цар­скую гор­дость я пре­зи­раю, а от по­чи­та­е­мых ва­ми бо­гов от­вра­ща­юсь.

Эпарх, силь­но озло­бясь, вскри­чал слу­гам:

– Вбей­те ост­рые гвоз­ди в но­ги его и, во­дя по го­ро­ду, бей­те его.

Слу­ги тот­час ис­пол­ни­ли при­ка­за­ние му­чи­те­ля. Свя­то­го ста­ли во­дить, или, луч­ше ска­зать, вла­чить по го­ро­ду, под­вер­гая ис­тя­за­ни­ям, и он пе­ре­но­сил ужас­ные стра­да­ния – как от вби­тых в но­ги гвоз­дей, так и от силь­но­го мо­ро­за по слу­чаю су­ро­вой зи­мы. Но ве­ли­кий стра­да­лец, имея пред ду­хов­ным взо­ром сво­им Хри­ста и взи­рая на бу­ду­щие воз­да­я­ние, всё пе­ре­но­сил с ве­ли­ким тер­пе­ни­ем и ра­до­стью; ко­гда же он опять был при­ве­ден к эпар­ху, му­чи­тель, удив­ля­ясь та­ко­му тер­пе­нию свя­то­го, с ве­ли­кою до­са­дою ска­зал ему:

– До ка­ких же пор, Три­фон, ты бу­дешь нечув­стви­те­лен к му­кам и ко­гда же ты по­чув­ству­ешь всю ужас­ную боль му­че­ний?

Свя­той от­ве­чал:

– Ко­гда же и ты по­зна­ешь си­лу Хри­сто­ву, во мне пре­бы­ва­ю­щую; ко­гда ты пе­ре­ста­нешь, ока­ян­ный, ис­ку­шать Свя­то­го Ду­ха?

То­гда, пы­лая силь­ней­шею зло­бою, му­чи­тель ве­лел сно­ва по­ве­сить его на де­ре­ве и нещад­но бить же­ле­зом, а бо­ка его опа­лять го­ря­щи­ми све­ча­ми. Всё это слу­ги ис­пол­ни­ли с ве­ли­ким ста­ра­ни­ем; но вне­зап­но свет небес­ный оси­ял свя­то­го, а на гла­ву его спу­стил­ся с неба пре­крас­ный ве­нец; по­ра­жен­ные этим ви­де­ни­ем му­чи­те­ли от стра­ха па­ли на зем­лю. Свя­той же Три­фон, ощу­тив в се­бе при­шед­шую свы­ше по­мощь, ис­пол­нил­ся ра­до­сти и ве­се­лия и, мо­лясь, го­во­рил:

– Бла­го­да­рю Те­бя, Гос­по­ди, за то, что Ты не оста­вил ме­ня без по­мо­щи в ру­ках вра­гов мо­их, но за­щи­тил ме­ня в день бра­ни и дал мне спа­се­ние, и ру­ка Твоя под­дер­жа­ла ме­ня. И ныне мо­люсь Те­бе, Гос­по­ди, не остав­ляй ме­ня, утвер­ждая и за­щи­щая ме­ня, и спо­до­би ме­ня бес­пре­ткно­вен­но со­вер­шить по­двиг этот, дабы спо­до­бить­ся по­лу­чить ве­нец прав­ды со все­ми воз­лю­бив­ши­ми имя Твое свя­тое, ибо Ты один пре­п­ро­слав­лен во ве­ки. Аминь.

По­сле это­го му­чи­тель, при­ка­зав раз­вя­зать свя­зан­но­го свя­то­го и при­звав его к се­бе, на­чал с лас­кою уве­ще­вать его, го­во­ря:

– Три­фон, при­не­си жерт­ву ве­ли­ко­му Зев­су и по­кло­нись цар­ско­му изо­бра­же­нию, и я от­пу­щу те­бя.

Но Три­фон, с улыб­кою, от­ве­чал:

– Ес­ли я са­мо­му ца­рю ока­зал пре­зре­ние и его нече­сти­вы­ми по­ве­ле­ни­я­ми пре­не­брег, то неуже­ли я по­кло­нюсь его без­душ­но­му изо­бра­же­нию? Это­го не бу­дет. О Зе­в­се же и дру­гих лож­ных бо­гах ты спро­си сво­их же муд­ре­цов, ко­то­рые ска­жут те­бе о том, ка­кие со­чи­ня­ют­ся бас­ни об этих бо­гах для по­кры­тия их гнус­ных дел, при­ла­гая на­име­но­ва­ние их к дру­гим ве­щам, на­звав небо – Зев­сом, воз­дух – Ге­рою, зем­лю – Це­ре­рой, мо­ре – По­сей­до­ном, солн­це – Апол­ло­ном, лу­ну – Ди­а­ною[13]. Эти же бас­но­твор­цы име­на­ми бо­гов ва­ших на­зва­ли так­же раз­лич­ные дур­ные обы­чаи и стра­сти че­ло­ве­че­ские, из­мыс­лив бо­га гне­ва и вой­ны – Мар­са, а блуд­ную страсть на­звав Ве­не­рою[14]. И вот вы, оста­вив Со­зда­те­ля всех Бо­га, на­пол­ни­ли безум­но всю все­лен­ную идо­ла­ми и тварь пред­по­чли Твор­цу; и не толь­ко са­ми, бу­дучи ли­ше­ны здра­во­го ра­зу­ма и со­вра­тив­шись с ис­тин­но­го пу­ти, стрем­глав па­да­е­те в ду­ше­па­губ­ную про­пасть, но и нас ста­ра­е­тесь увлечь ту­да же, чтобы сде­лать участ­ни­ка­ми ва­шей по­ги­бе­ли, но, льсте­цы, вы не бу­де­те иметь ни­ка­ко­го успе­ха! Ибо вы ни­ко­гда не бу­де­те в си­лах со­вра­тить с ис­тин­но­го пу­ти и скло­нить к ва­шим идо­лам на­де­ю­щих­ся на ис­тин­но­го и жи­во­го Бо­га.

Вы­слу­шав эти сло­ва, Аки­лин уди­вил­ся та­ко­му дерз­но­ве­нию свя­то­го и, раз­гне­вав­шись, при­ка­зал бить его без вся­ко­го ми­ло­сер­дия; во­и­ны, взяв свя­то­го, ис­тя­за­ли его в те­че­ние мно­гих ча­сов са­мым же­сто­ким об­ра­зом.

На­ко­нец, му­чи­тель, ви­дя, что не мо­жет по­ко­ле­бать непо­ко­ле­би­мо­го стол­па ве­ры и от­вра­тить его от Хри­ста, сде­лал о нем сле­ду­ю­щий окон­ча­тель­ный при­го­вор:

– Три­фон Апа­мей­ский, про­ти­вя­щий­ся цар­ско­му по­ве­ле­нию и по­сле мно­го­раз­лич­ных мук не по­же­лав­ший при­не­сти жерт­вы бо­гам, дол­жен быть каз­нен чрез усек­но­ве­ние гла­вы.

И тот­час во­и­ны, взяв му­че­ни­ка, вы­ве­ли его из го­ро­да на ме­сто усек­но­ве­ния. Свя­той же Три­фон, став ли­цом к во­сто­ку, об­ра­тил­ся к Бо­гу с та­кою мо­лит­вою:

– Гос­по­ди Бо­же, Царь цар­ству­ю­щих, свя­тей­ший па­че всех свя­тых! Бла­го­да­рю Те­бя за то, что Ты спо­до­бил ме­ня со­вер­шить сей по­двиг без пре­ткно­ве­ния. И ныне мо­люсь Те­бе: не до­пу­сти кос­нуть­ся ме­ня улов­ля­ю­щей ру­ке лу­ка­во­го неви­ди­мо­го вра­га, дабы он не свел ме­ня во глу­би­ну по­ги­бе­ли, но вве­ди ме­ня в воз­люб­лен­ные се­ле­ния вме­сте со свя­ты­ми Ан­ге­ла­ми Тво­и­ми, и со­де­лай ме­ня на­след­ни­ком Тво­е­го во­жде­лен­но­го цар­ствия; при­и­ми в ми­ре ду­шу мою, всех же, ко­то­рые бу­дут вос­по­ми­нать имя ра­ба Тво­е­го, и в па­мять мою свя­тые жерт­вы Те­бе при­не­сут, услышь с вы­со­ты свя­ты­ни Тво­ей; и при­з­ри на них от свя­то­го жи­ли­ща Тво­е­го, по­да­вая им обиль­ные и нетлен­ные да­ро­ва­ния, ибо Ты один бла­гий и щед­рый По­да­тель во ве­ки ве­ков.

Так мо­лил­ся свя­той. И вот еще во­и­ны не успе­ли усек­нуть его гла­вы, как Гос­подь взял его ду­шу; чест­ное же те­ло Три­фо­на оста­лось мерт­вым на зем­ле. На­хо­див­ши­е­ся в Ни­кее хри­сти­ане об­ви­ли его чи­сты­ми пла­ща­ни­ца­ми и ума­сти­ли аро­ма­та­ми, на­ме­ре­ва­ясь по­греб­сти его у се­бя в за­щи­ще­ние сво­е­му го­ро­ду. Но свя­той, явив­шись им в ви­де­нии, ве­лел пе­ре­не­сти мо­щи его в се­ле­ние Камп­са­ду, ме­сто ро­ди­ны его, – и по­ве­ле­ние его бы­ло ис­пол­не­но[15].

Так свя­той Три­фон, от юно­сти по­свя­щен­ный Бо­гу, при­вед­ший мно­же­ство лю­дей ко Хри­сту и ис­це­лив­ший мно­гих из них от бо­лез­ней, по­сле ве­ли­ких му­че­ний, при­ня­тых за ис­ти­ну, увен­чан нетлен­ным вен­цом от От­ца, и Сы­на, и Свя­то­го Ду­ха, Еди­но­го в Тро­и­це Бо­га, Ко­то­ро­му сла­ва во ве­ки. Аминь[16].

_______________________

При­ме­ча­ния

[1] Фри­гия – од­на из боль­ших об­ла­стей Ма­лой Азии. Апа­мея – са­мый зна­чи­тель­ный го­род Фри­гии, с ожив­лен­ною тор­гов­лей.

[2] По гре­че­ским евхо­ло­ги­ям, од­на­жды мо­лит­вою свя­то­го Три­фо­на спа­се­ны бы­ли от го­ло­да жи­те­ли Камп­са­ды, где по­явив­ши­е­ся вред­ные га­ды и на­се­ко­мые по­еда­ли хлеб­ные зла­ки, дре­вес­ные ли­стья и вся­кую зе­лень. Свя­той Три­фон, со­жа­лея о бед­ствии, про­стер ру­ки свои ко Гос­по­ду с мо­лит­вою, про­ся Его по­слать Ан­ге­ла Сво­е­го для по­ра­же­ния вред­ных на­се­ко­мых; при этом св. му­че­ник и сам свя­зал их клят­вою, чтобы они уда­ли­лись в ме­ста недо­ступ­ные, на­зна­чен­ные к их оби­та­нию.

[3] Ве­ли­кие Ми­неи-Че­тьи со­став­ле­ны мос­ков­ским мит­ро­по­ли­том Ма­ка­ри­ем в XVI сто­ле­тии. Кро­ме жи­тий свя­тых, здесь по­ме­ще­ны все кни­ги Свя­щен­ные Пи­са­ние, мно­же­ство по­уче­ний и раз­ных ста­тей ду­хов­но­го со­дер­жа­ние. На ос­но­ва­нии Ма­ка­рьев­ских Ми­ней со­став­ле­ны Ми­неи-Че­тьи свя­то­го Ди­мит­рия Ро­стов­ско­го.

[4] Гор­диан цар­ство­вал от 238 го­да до 244 го­да.

[5] Филипп (Ара­ви­тя­нин ) цар­ство­вал с 244 по 249 г.

[6] Де­кий цар­ство­вал с 249 по 251 г.

[7] Ни­кея – в древ­но­сти бо­га­тый и цве­ту­щий го­род в Вифи­нии (в Ма­лой Азии), ныне весь­ма бед­ный и ма­ло­на­се­лен­ный. В сем го­ро­де про­ис­хо­ди­ли I и VII Все­лен­ские Со­бо­ры.

[8] Скри­ни­а­рий – при­двор­ный каз­но­хра­ни­тель, имев­ший боль­шую си­лу при епар­хе (пра­ви­те­ле об­ла­сти), по­че­му ему ока­зы­ва­лось осо­бен­ное цар­ское до­ве­рие и по­ру­ча­лись раз­ные от­вет­ствен­ные долж­но­сти.

[9] Фор­ту­на – бо­ги­ня судь­бы и сча­стия у Рим­лян.

[10] Зевс (или Юпи­тер ) – гре­ко-рим­ский бог, по­чи­тав­ший­ся языч­ни­ка­ми вла­сти­те­лем неба и зем­ли, от­цом всех бо­гов и лю­дей.

[11] Во­об­ще бо­ги гре­ков и рим­лян , по их ве­ро­ва­нию, от­ли­ча­лись те­ми же стра­стя­ми и пре­ступ­ны­ми на­клон­но­стя­ми, как и лю­ди.

[12] Па­мять свя­то­го пер­во­му­че­ни­ка ар­хи­ди­а­ко­на Сте­фа­на, по­би­то­го кам­ня­ми от ев­ре­ев, празд­ну­ет­ся цер­ко­вью 27 де­каб­ря.

[13] Ге­ра (Юно­на) по­чи­та­лась древни­ми гре­ка­ми и рим­ля­на­ми сест­рой и же­ной Зев­са, наи­бо­лее по­чи­та­е­мой меж­ду бо­ги­ня­ми; счи­та­лась бо­ги­ней зем­ли, по­кро­ви­тель­ни­цей бра­ка и ро­дов. Це­ре­ра (или Де­мет­ра) – рим­ская и гре­че­ская бо­ги­ня зем­ли и пло­до­ро­дия. По­сей­дон (Неп­тун ) по­чи­тал­ся бра­том Зев­са и пол­но­власт­ным по­ве­ли­те­лем мо­рей, рек и всех ис­точ­ни­ков и во­до­вме­сти­лищ. Апол­лон (Феб) – один из наи­бо­лее по­чи­та­е­мых древни­ми гре­ка­ми и рим­ля­на­ми язы­че­ских бо­гов, счи­тав­ший­ся бо­гом солн­ца и ум­ствен­но­го про­све­ще­ния, а так­же охра­ни­те­лем за­ко­на. Ди­а­на (Ар­те­ми­да) – из­вест­ная язы­че­ская бо­ги­ня у гре­ков и рим­лян, поль­зо­вав­ша­я­ся осо­бым по­кло­не­ни­ем у них; Ди­а­на счи­та­лась бо­ги­ней лу­ны и изо­бра­жа­лась пре­крас­ной свет­лой де­вой-охот­ни­цей.

[14] Марс (или Арей) – гре­ко-рим­ский бог вой­ны. Ве­не­ра – гре­ко-рим­ская бо­ги­ня кра­со­ты и люб­ви. Празд­не­ства в честь ее со­про­вож­да­лись про­яв­ле­ни­я­ми край­ней раз­нуз­дан­но­сти и раз­вра­та.

[15] Часть мо­щей свя­то­го Три­фо­на хра­нит­ся в Москве, в церк­ви его име­ни, что в На­пруд­ной. Су­ще­ству­ет пре­да­ние, име­ю­щее тес­ную связь с ис­то­ри­ею это­го хра­ма. Од­на­жды на охо­те у ца­ря Иоан­на Ва­си­лье­ви­ча Гроз­но­го по ка­кой-то оплош­но­сти со­коль­ни­ка, бо­яри­на Три­фо­на Пат­ри­ке­е­ва, уле­тел лю­би­мый кре­чет; царь при­ка­зал это­му со­коль­ни­ку во что бы то ни ста­ло разыс­кать кре­че­та в три дня, в про­тив­ном слу­чае угро­жая смерт­ною каз­нью. Весь лес изъ­ез­дил со­коль­ник, но по­ис­ки не при­ве­ли ни к че­му. Из­му­чен­ный, уста­лый, он на тре­тий день оста­но­вил­ся око­ло Ма­рьи­ной ро­щи (в На­пруд­ной сло­бо­де) и от силь­но­го из­не­мо­же­ния за­снул креп­ким сном под де­ре­вом. Пе­ред этим Пат­ри­ке­ев усерд­но мо­лил­ся о по­мо­щи свя­то­му му­че­ни­ку Три­фо­ну, ко­то­ро­го, по са­мо­му име­ни сво­е­му, счи­тал по­кро­ви­те­лем и на­деж­ней­шим ру­ко­во­ди­те­лем. И ви­дит со­коль­ни­чий див­ный сон: пред­стал пред ним бла­го­леп­ный юно­ша на бе­лом коне и дер­жит на ру­ке цар­ско­го кре­че­та. «Возь­ми, – го­во­рит, – про­пав­шую твою пти­цу, по­ез­жай с Бо­гом к ца­рю и не пе­чаль­ся». Проснул­ся со­коль­ник и ви­дит – на ру­ке у него дей­стви­тель­но си­дит цар­ский кре­чет, ко­то­ро­го он и от­вёз к Гроз­но­му, при­чем рас­ска­зал ему и свое ви­де­ние. Преж­ний гнев го­су­да­ря и угро­жав­шее со­коль­ни­че­му страш­ное бед­ствие за­ме­ни­лись ми­ло­стя­ми цар­ски­ми, и бла­го­че­сти­вый бо­ярин Три­фон Пат­ри­ке­ев, в бла­го­дар­ность пред Бо­гом и пред угод­ни­ком Бо­жи­им свя­тым му­че­ни­ком Три­фо­ном за спа­се­ние сво­ей жиз­ни, немед­лен­но по­стро­ил спер­ва ча­сов­ню на том ме­сте, где на­шел сво­е­го со­ко­ла, а по­том, как го­во­рят, при со­дей­ствии да­же са­мо­го го­су­да­ря, со­ору­дил близ этой ча­сов­ни и ка­мен­ную цер­ковь во имя свя­то­го му­че­ни­ка Три­фо­на, на том са­мом ме­сте, где со­вер­ши­лось вы­ше­опи­сан­ное яв­ле­ние ему се­го свя­то­го му­че­ни­ка.

[16] В Боль­шом Треб­ни­ке (гл. 60) по­ме­щен «Чин бы­ва­е­мый на ни­вах, или ви­но­гра­де или вер­то­гра­де, ес­ли слу­чит­ся по­вре­дить­ся от га­дов или иных ви­дов». Этот «Чин» со­вер­ша­ет­ся в том слу­чае, ес­ли по­явит­ся «вред и тще­ту ни­вам, ви­но­гра­дам, са­дам же и вер­то­гра­дам на­но­ся­щие» «мно­го­вид­нии зве­ри, чер­ви, гу­се­ни­цы, хру­щи и са­ран­ча, мы­ши, щу­ры и кри­ти­цы, и раз­лич­ные ро­ды мух и му­шиц» и проч. В ука­зан­ном «Чине» го­во­рит­ся: «по­до­ба­ет быть ли­тур­гии и вжи­га­ти кан­ди­ло свя­то­го Три­фо­на, или св. Ев­ста­фия или св. Иули­а­на Ли­вий­ско­го, или и обо­их», и по­сле ли­тур­гии «взять елей от кан­дил, и во­ду св. Бо­го­яв­ле­ния и кро­пить кре­сто­об­раз­но на ни­ву или ви­но­град или вер­то­град, гла­го­ля мо­лит­вы». В том же «Чине» на­хо­дит­ся «за­кли­на­ние свя­то­го му­че­ни­ка Три­фо­на», со­став­лен­ное от ли­ца это­го св. угод­ни­ка. Ве­руя, что свя­той Три­фон, при жиз­ни от­го­няв­ший «еди­ным толь­ко при­ше­стви­ем сво­им ду­хов лу­кав­ствия» и сво­и­ми мо­лит­ва­ми от­вра­щав­ший об­ще­ствен­ные бед­ствия, – и по бла­жен­ном успе­нии сво­ем не остав­ля­ет по­мо­щью тех, ко­то­рые при­бе­га­ют к нему, упо­мя­ну­тое «за­кли­на­ние» вред­ных для рас­ти­тель­но­го цар­ства на­се­ко­мых и га­дов и про­из­но­сит­ся от ли­ца свя­то­го Три­фо­на, как та­ко­го угод­ни­ка Бо­жия, ко­то­рый име­ет ве­ли­кую сла­ву у Бо­га и мо­жет с боль­шим дерз­но­ве­ни­ем по­ве­леть им име­нем Гос­по­да «отой­ти от ме­ста и окрест пре­де­лов ра­бов Бо­жи­их».